Агафья лыкова последние новости 2019: где живет, сколько лет, как готовиться к зимовке. биография агафьи лыковой

Случайное открытие

Семья жила в лесу вдали от общества на протяжении нескольких десятков лет, и никто даже не догадывался об их существовании. После случайной встречи с военными топографами в 1946-47 годах семье пришлось переехать еще дальше – в самую глубь таежного леса. Только летом 1978 года советские геологи на вертолете, которые искали место для посадки, обнаружили семью Лыковых – они увидели освещенный забор там, где не должно было быть ничего, кроме леса.

Небольшая постройка послужила доказательством того, что район был заселен, хотя у советской власти не было никаких данных по проживающим. До ближайшего города – 250 километров: никому и в голову не могло прийти, что на неисследованном участке дикого леса могут жить люди. Четыре геолога, которые прилетели изучать тайгу, были поражены открытием и решили установить контакт с местными жителями. Причем ученые под руководством Галины Письменской приготовили не только подарки, но и оружие – никто не знал, что их могло ждать впереди.

На фото: Галина Письменская с семьей Лыковых (1978)

На берегу горного притока реки Еринат геологи обнаружили хижину. Маленькое сооружение с крошечным окошком размером с ладонь совсем не походило на жилой дом. Геологов встретил старый человек, который проводил путников в свое скромное жилище. Внутри было темно, а кругом расставлены палки – подпорки для крыши. Было сложно представить, что в таком доме умещалась большая семья: сам 77-летний Карп Осипович и его дети – Савин, Наталья, Дмитрий и Агафья. Жена Карпа Акулина умерла от голода в 1961 году.

Биография

Агафья Лыкова родилась в семье староверов часовенного согласия — Лыковых, бежавших в труднодоступные места сибирской тайги от гонений на веру. Отец — Карп Осипович Лыков, мать — Акулина Карповна. С конца 1930-х годов семья Лыковых жила в полной изоляции от цивилизации. После 1946 года постоянным местом жительства Лыковых стал берег притока Абакана реки Еринат.

Помимо отца и матери, у Агафьи Лыковой были сестра и двое братьев: Савин (род. ок. 1926), Наталия (род. ок. 1936), Димитрий (род. ок. 1940). В семье отшельников-староверов Агафья являлась наиболее грамотной. Ей поручалось проведение домашней церковной службы.

Мать Агафьи, Акулина Карповна, скончалась в 1961 году. Открытие семьи Лыковых для цивилизации состоялось в 1978 году. На заимку Лыковых вышли геологи, исследовавшие этот район Сибири. На момент открытия учёными хутора Лыковых семья состояла из пяти человек. В октябре 1981 года умер брат Агафьи Димитрий, в декабре скончался второй брат Савин, а ещё через 10 дней умерла единственная сестра Агафьи — Наталья.

В течение семи лет Агафья жила вместе со своим отцом Карпом Осиповичем, который скончался 16 февраля 1988 года. После смерти отца Агафья связалась со своими родственниками, отношения с которыми, однако, так и не сложились. В 1990 году Агафья Лыкова переехала в старообрядческий женский монастырь, принадлежащий часовенному согласию, и прошла через чин «накрытия» (пострижения в монахини). Однако по прошествии нескольких месяцев Агафья вернулась обратно, сославшись на нездоровье и идейные расхождения с монахинями часовенного согласия.

С этого момента Агафья практически безвыездно проживает на заимке Лыковых. За это время у неё побывало немало путешественников, журналистов, писателей, представителей религиозных общин разных конфессий. Также у Агафьи жили монастырские послушницы и добровольные помощники, помогавшие по хозяйству. Агафья состояла в переписке с местными властями и нередко просила о помощи.

Бывший губернатор соседней Кемеровской области Аман Тулеев неоднократно распоряжался доставлять отшельнице всё необходимое, а также оказывать медицинскую помощь. В 2011 году Агафья Лыкова обратилась к предстоятелю русской православной старообрядческой церкви митрополиту Корнилию (Титову) с письмом, в котором просила присоединить её к РПСЦ, что и было сделано.

В ноябре 2019 года у Агафьи отыскался и приехал к ней в гости ее племянник Антон Лыков.

По соседству с ней какое-то время проживал пожилой уже охотник Ерофей Седов, бывший в составе нашедшей ее группы, но потом он по состоянию здоровья не смог ей помогать, и отношения его и Агафьи бывали сложными, а в 2015г. он умер.

27 ноября 2020 года пресса со ссылкой на публикацию в директора курирующего таёжные земли, где живёт Лыкова, заповедника «Хакасский» Виктора Непомнящего сообщила, что российский предприниматель миллиардер Олег Дерипаска получил просьбу Лыковой помочь ей со строительством нового дома в тайге и что представитель бизнесмена заявил о готовности проекта и стройматериалов к отправке, которая возможна только по реке, но вопрос с транспортировкой решаемый.

Древний оберег и связь с патриотизмом

Но не только спасение от эпидемий видели в квасе. Им так увлекались, что квас приобрел священные и мистические свойства, и стал оберегом. Девушки поливали им полки в бане во время обряда мытья перед свадьбой (а остаток должны были выпить), а мужчины — «тушили» им пожары, вызванные молнией, так как считали, что с таким «божьим гневом» справится только квас или молоко. По одной версии, в такой пожар бросали обруч с квасной бочки, чтобы огонь такого пожара не шел дальше. По другой, тушили пожар непосредственно квасом.

Продавец русского кваса — Эмиль Франсуа Дессен

При дворе квас тоже верили, но с точки зрения феноменальной пользы для здоровья. «Квас» родственен древнерусскому слову «кислый» — и молочная кислота благоприятно влияла на организм. Квас любил полководец Александр Суворов и царь Петр I — последний пил его каждый день. Разжалованный в шуты князь Михаил Голицын и вовсе был прозван «квасником» — он был обязан подносить напиток императрице Анне Иоанновне.

Продавец кваса — Карл Булла

И совсем невероятная слава пришла к квасу после войны с Наполеоном в 1812 году. Русская знать начала демонстрировать свой патриотизм… да, через квас. «В срочном порядке квасом заменили шампанское — его разливали в хрустальные бокалы и подавали на балах», — говорит Павел Сюткин. Со временем появились и те, кто решил поиронизировать над таким показным, официальным русофильством. Так было придумано выражение «квасной патриотизм».

Автором считается князь Вяземский, литературный критик и близкий друг Александра Пушкина, который в «Письмах из Парижа» (1827) пустился в такие рассуждения: «Многие признают за патриотизм безусловную похвалу всему, что свое. Тюрго называл это лакейским патриотизмом, du patriotisme d’antichambre. У нас можно бы его назвать квасным патриотизмом».

Кресты и люди

Антон привез родственнице гостинцы — три метра ткани, теплый платок. Но особенно рада Агафья церковным свечам. У нее есть фонари, есть бензиновый генератор, и можно включить электрическую лампу, но свечи ведь не простые и для нее имеют сакральное значение.

В избе, среди полок, заполненных одеждой и различной утварью, для икон и священных книг отведен отдельный, чистый и ухоженный угол. Евангелие в обитом железом переплете Агафья ставит на полку обложкой вперед, а торцевую часть книги сверху заботливо накрывает чистой тряпицей, чтобы на ней не скапливалась пыль.

Лыкова скупа на движения и эмоции — ходит не по-старчески медленно, а степенно, как привыкла. Не повышает голоса, ничем не возмущается и не смеется громко, только улыбается какой-то детской, наивной и по-особому светлой улыбкой.

Пока в избе вставляют окна, Агафья показывает Антону свое хозяйство, рассказывает об иконах, листает вместе с ним священные книги и ведет на могилу Карпа Осиповича. Отец таежного семейства похоронен недалеко от дома, под почерневшим от времени простым деревянным крестом.

Такой же восьмиконечный православный крест Лыкова заметила совсем недавно, «когда вода ушла», на большом камне на дне мелкой и чистой речушки Еринат, в нескольких десятках метров от заимки.

На темном сером камне действительно видны белые прожилки в форме креста, и никто не припомнит, чтобы видел его здесь раньше. Агафья на вопрос о том, считает ли она это чудом, знаком Господним, случайным капризом природы или чем-то еще, лишь улыбается и переводит разговор на другую тему: «Вот, медведь у меня совсем обнаглел нынче. После Покрова прямо в дом приходил. А теперь вот уже и снег выпал».

У могилы отца Агафьи Лыковой Карпа Осиповича Лыкова

Так и проходит ее жизнь: ждать медведя после Покрова и встречать раннюю зиму, выращивать картофель и заготавливать сено для коз, таскать воду с реки, прясть шерсть, работать на ткацком станке и делать еще множество необходимых дел вдали от человеческого общества, наедине с собой. А ведь на это готов далеко не каждый.

«Это не просто физически крепкий, здоровый человек, таких-то у нас много, — говорит Владимир Макута, много раз бывавший у Агафьи и видавший многих ее помощников. — Одно дело день, неделю там провести. Но прямо пожить там — это должен быть крепкой веры человек. А вот этого уже достает далеко не всем».

Побег в тайгу

До 1936 года будущие родители Агафьи, Карп и Акулина Лыковы проживали в небольшой деревеньке Тиши в верховьях реки Большой Абакан. Когда до этих мест добралась коллективизация, спокойная, размеренная жизнь закончилась в одночасье. Лыковы приняли решение уйти в саянскую тайгу. Глава семьи, Карп Лыков, принял трудное решение о переезде под влиянием негативных событий, произошедших в поселке: представителями правоохранительных органов был убит брат отца семейства, Евдоким, община старообрядцев была разорена.

В то время на руках молодых старообрядцев было двое малолетних детей – девятилетний Савин и двухлетняя Наталья. Не испугавшись трудностей, семья совершила скорый побег в глухую тайгу.

Первоначально Лыковы поселились на берегу притока горной реки Еринат. Первые месяцы жили в наскоро срубленном шалаше, потом построили избу. Семья добывала себе пропитание рыбной ловлей и охотой. Летом собирали в лесу ягоды и грибы. Уже в тайге друг за другом родилось еще две детей – в 1940 году Дмитрий, в 1943 году Агафья.

На момент обнаружения геологами семья была в полном составе. Несмотря на голод, многочисленные трудности и лишения, Лыковым удалось сохранить всех детей. В голодном 1961 году умерла от истощения Акулина. Женщина голодала сама, отдавая еду детям. В 1978 году старшему Лыкову было 73 года, Савину 53, Наталье 44 года,  Дмитрию 40 лет. Агафья Лыкова была самой младшей в семье и самой смышленой. В то время ей исполнилось 36 лет.

Для справки: не смотря на затворничество, Лыковы не были темными и безграмотными. Акулина научила своих детей читать и писать на старорусском языке. В семье староверов были богослужебные книги и иконы.

Борьба за выживание

Дикая сибирская природа мало пригодна для жизни среднестатистического человека. Жилище Лыковых располагалось на высоте около двух метров от склона горы, неподалеку от притока реки Абакан. Ближайший цивилизованный поселок находился более чем в 250 километрах от этого места.

Жизнь в тайге была нелегкой, Лыковы постоянно боролись за выживание. Они расчистили площадку перед домом, где развели огород. Картошка, репа и свежие овощи помогали разбавить скудный рацион таежных отшельников. Когда Дмитрий повзрослел, он научился охотиться, ставить силки и делать ловчие ямы. Лыковы перестали голодать, когда в рационе появилось свежее мясо. Внутри избы была всего лишь одна комната, сырая и закопченная, с низким потолком.

Первоначально при встрече с Агафьей Лыковой геологи посчитали ее умственно отсталой: женщина разговаривала нараспев, растягивая простые слова и превращая их в многосложные. Они ошибались. Ума и сообразительности Агафье было не занимать. В избе Лыковых не было календаря и часов. Отшельники жили, подчинялись естественному ходу времени. Вставали с рассветом, в сумерках укладывались спать. Агафья на протяжении многих лет вела учет времени в семье.

Отшельничество и мировоззрение

Биография и судьба Агафьи Лыковой связаны с дикой природой и жизнью вдали от развитых технологий. Женщина считает, что уединенный образ жизни – единственный шанс сохранить здоровье души и тела. Девочкой Лыкова прошла обряд крещения в соответствии со старинными обрядами и изучила церковный устав, который чтился на Руси до церковного раскола, произошедшего в 17 веке.

Агафья Карповна не приемлет достижений науки и техники, не воспринимает изменения, которыми сегодня изобилуют история и культура. Но она избегает и некоторых запретов, продиктованных старообрядческой традицией. Например, в семье Лыковых было принято есть картофель, который настрого запрещалось употреблять староверам. Она также признает церковную иерархию и не верит в духовного Антихриста. По ее мнению, без священнослужения жизнь бы прекратилась и все живое сгинуло бы.

Жизнь Агафьи Карповны нельзя назвать легкой, ведь она живет в заброшенном месте в тайге, где ландшафт составляют крутые горы, леса и реки. Она питается грибами и ягодами, а также ловит рыбу. Любопытно, что в отношении земледелия семья Лыковых располагала большими познаниями, и сейчас Агафья Карповна продолжает выращивать овощи по заветам родителей. Она умеет обрабатывать семена, знает, как сохранить урожай, может ориентироваться в биологических особенностях растений. В семье было принято выращивать корнеплоды и зерновые. Лыковы не читали книг о садоводстве, но по сей день продукты собственного производства староверка выращивает с применением удобрений, которые придумали предки.

Быт Агафьи Лыковой

Основным занятием для женщин в семье было ткачество. Одежду Лыковы изготавливали самостоятельно, делая пряжу из волокон конопли. Агафья Карповна может обеспечить себя всем необходимым, несмотря на то, что путь до ее дома не проложить ни по одной карте.

Последняя, кто жива из рода Лыковых, продолжает дело родителей, ведет свое хозяйство и поддерживает огород. Она разводит кур и коз. Рядом с домом Лыковой живут собаки и кошки.

Агафья Карповна по-прежнему придерживается затворнических взглядов, но принимает гостинцы от охотников и рыболовов, которых встречает в тайге. Сегодня в ее доме есть вещи из современного мира: часы и термометр. Она считает эти предметы диковинкой.

Удивительным открытием оказался тот факт, что именно контакт с внешним миром принес несчастье семье Лыковых. Они легко переживали испытания непогодой и трудности самобытной жизни, но взаимодействие с участниками экспедиции, нашедшими их в лесу, оказалось губительным. Староверы заразились неизвестным им вирусом, к которому был не готов иммунитет таежных жителей.

Агафья Карповна вызывает у медиков интерес и участие, поэтому по первой же просьбе ей помогают поправить здоровье. Так, Лыкову возили к источнику Горячий Ключ. Она 2 раза посещала городской госпиталь и даже ездила в гости к родственникам на поезде. Несмотря на это, оставлять прежнюю жизнь отшельница не желает. Достижения цивилизации меркнут в сравнении с богослужениями и радостями молитвы, которой она начинает и заканчивает день.

Агафья Лыкова и Ерофей Седов

Историю семьи Лыковых не понаслышке знал экс-губернатор Кемеровской области Аман Тулеев, побывавший на заимке Агафьи Карповны в 1997 году. С тех пор чиновник поддерживает с отшельницей связь посредством переписки. По его указу женщине оказывали любую помощь и поддержку. После трагической кончины родственников Лыковой медики запретили посещать заимку без специального разрешения. Сначала необходимо получить специальный пропуск.

В числе помощников Агафьи Карповны – члены семей старообрядцев. По их словам, она не отличается покладистым нравом, поэтому ужиться с ней непросто. Тем не менее высокий уровень духовности Лыковой ни у кого не провоцируют сомнений. Отсутствие жажды потребительства и самодостаточность существования вызывают уважение.

По свидетельству посетителей, бывших на заимке в 2018 году, отшельница находится в добром уме и здравой памяти. Она подкармливает зверей, выходящих из леса в голодные периоды, живет по обычаям предков и усиленно молится в соответствии с традициями, которых придерживаются староверы.

Для поддержания связи с миром Агафье Карповне предоставили спутниковый телефон. С него 10 декабря 2018 года сотрудникам МЧС поступил звонок: отшельница просила о гуманитарной помощи. На следующий же день на заимку приехал губернатор Кемеровской области Сергей Цивилев. Вместе с главой Таштагольского района, Владимиром Макутой, он доставил продукты, сено и корм для домашней скотины, а также подарил щенка. Прибывший вместе с чиновниками врач осмотрел отшельницу, отметив, что поводов для оказания медицинской помощи пока нет.

Агафья Лыкова и старообрядческая Церковь

После кончины в 1988 году отца, Агафья Лыкова стала последней насельницей таёжной заимки.

С этого момента тема экзотических «таежных робинзонов», раскрученная Василем Песковым, мало-помалу начинает уступать вопросам исторического и религиозного характера. Свобода совести, негласно объявленная в СССР после празднования 1000-летия Руси, позволяет, наконец, рассказывать о духовной жизни нашего народа.

В 1990 году у Агафьи Лыковой побывали посланники старообрядческого митрополита Московского и всея Руси Алимпия (Гусева). В этой экспедиции приняли участие писатель Лев Черепанов, фотограф Николай Пролецкий и нижегородский старообрядец Александр Лебедев. Гости передали Агафье послание митрополита Алимпия, свечи «ярового воска», духовную литературу и лестовки.

Впоследствии в статьях Л. Черепанова, очерке А. Лебедева «Таёжный просвет», изданном в старообрядческом журнале «Церковь», наконец, появляется ценная информация о духовной жизни Лыковых и конкретно Агафьи Лыковой. Читатели наконец узнали не только о домотканых портах Лыковых, но о тех краеугольных вероисповедальных причинах, которые заставили их, как и многих других старообрядцев, бежать от притеснений государства и соблазнов мира сего.

Выяснилось, что Агафья, наследуя веру своих родителей, принадлежала к согласию так называемых «часовенных». Эти старообрядцы принимали священство «бегствующее» от господствующей, синодальной церкви. Священники, приходящие к часовенным, получали «исправу», начинали служить и совершать церковные таинства во всем согласии с дораскольной церковной традицией. Такое положение сохранялось вплоть до начала XIX века.

Однако во время гонений, воздвигнутых Николаем I, священников стало становится всё меньше. Многие из них были схвачены полицией и скончались в застенках. Другие умерли от естественных причин. Вместе с кончиной последних священников, чьё крещение и апостольская преемственность для часовенных старообрядцев была бесспорной, они стали привыкать совершать службу уже без священников, постепенно становясь безпоповцами.

Многие часовенные хранили так называемые Запасные Дары, т.е. хлеб и вино, освященные священником во время Литургии. Такие Запасные дары обычно прятали в разных тайниках, встроенные в книги или иконы. Поскольку количество святыни было ограничено, а сами Дары после исчезновения у часовенных священников никак не пополнялись, то и причащались эти старообрядцы чрезвычайно редко — один или два раза в жизни, как правило, перед кончиной.

Запасные Дары хранились и у Лыковых. По словам самой Агафьи, эти дары были у них от её бабки Раисы, которая проживала в том самом селе Ялуторское на Урале. Однако Агафья выяснила, что бабка принадлежала не часовенному, а белокриницкому согласию старообрядцев (признававшему новых старообрядческих священников, поставленных от греческого митрополита Амвросия (Поповича) — прим. редакции). От неё же Агафии досталась и Богоявленская вода, которая по обычаю часовенных может умножаться через разбавление в новой воде в навечерие праздника Богоявления.

Феномен Агафьи Лыковой и старообрядчество. Символы старообрядчества

Старообрядчество с самого момента трагического раскола Русской Церкви являло ярчайшие образы подвижничества, исповедничества и Веры. В середине XVII века самым ярким образом стояния в вере явился подвиг братии святого Соловецкого монастыря, отказавшейся принять церковные реформы патриарха Никона и пострадавшей за это от царских войск.

Находившаяся в осаде долгие годы Соловецкая обитель стала символом иноческого и народного сопротивления «новолюбным затейкам» патриарха и царя Алексея Михайловича. После разорения обители выжившие старцы монастыря растеклись по всей православной Руси, неся весть о необоримых его исповедниках, заповедавших держаться Старой Веры.

По мере создания и распространения произведений старообрядческой литературы всё большее значение приобретают апологеты старообрядчества и их сочинения, защищающие древлецерковые обычаи и предания. В начале XVIII века знаковым символом старообрядчества становится имя протопопа Аввакума и его сочинения — «Житие», послания христианам, письма царю и другие сочинения, переписанные в десятках тысяч экземпляров.

Уже позже, когда во времена императрицы Екатерины Второй путы государственного насилия несколько ослабли, на Руси появляются новые образы и символы Старой Веры. Одно лишь упоминание Рогожского, Преображенского, Громовского кладбищ, Иргизских монастырей и Керженских скитов вызывали в русском сердце отзвук милой старины, древлецерковного предания и истинной веры.

Когда в 30-е годы XIX века гонения на старообрядчество возобновились, идеологи гонений хотели уничтожить или поколебать символы русского древлеправославия. Были разорены Иргизские и Керженские монастыри, запечатаны алтари Рогожских храмов, закрыты страноприимные дома Преображенского кладбища и других центров старообрядчества. Спустя сто лет, уже в годы советской власти, новый режим идеологическим катком прошелся по оставшемуся культурному и духовному наследию старообрядчества. Безбожники стремились не только физически устрашить христиан, но стереть саму память, что и было фактически сделано  к 70-м — 80-м годам XX века.

Кто-то совсем забыл о вере своих предков. Другие, памятуя о своих корнях, не могли найти дороги к храмам. Третьи вообще полагали, что старообрядчество давно исчезло. Но неожиданно в 1982 году вся страна заговорила о старообрядцах. В чём же было дело?

Семья Лыковых. Таежный тупик?

Впервые о семье Лыковых поведала газета «Комсомольская правда» в 1982 году. Её специальный корреспондент, ведущий авторской рубрики «Окно в природу» Василий Михайлович Песков опубликовал серию очерков под общим названием «Таежный тупик», посвященных семье старообрядцев часовенного согласия Лыковых, проживавших у реки Еринат в горах Абаканского хребта Западного Саяна (Хакасия).

История о семье отшельников, не выходивших на контакт с цивилизацией более 40 лет, вызвала сильнейший резонанс в советское прессе.

Читателям всё было интересно — и местная природа, кормившая «таежных робинзонов», и сама по себе история семьи Лыковых, и способы выживания, выработанные за годы уединённого проживания в тайге, и, конечно, бытовые, культурные и религиозные традиции, служившие опорой таинственным отшельникам.

Сам Песков впоследствии говорил, что сама публикация материалов о Лыковых далась ему непросто. Он долго не мог подступить к теме, сложно было рассказать в молодежной газете об отшельниках-староверах, не впадая в «антирелигиозные разоблачения». Тогда Песков решил, показав драму людей, восхититься их жизнестойкостью, вызвать чувство сострадания и милосердия.

И действительно, в книге главным образом было рассказано о судьбе семьи, характерах её членов и особенностях быта. Религиозным убеждениям Лыковых уделено совсем не много места.  Журналист не скрывал факт своих атеистических воззрений и с предубеждением относился к любой религии. По мнению писателя, именно религия завела семью Лыковых в «таёжный тупик». В его публикациях легко было заметить иронические интонации по поводу «темноты», «обрядоверия» и «фанатизма» Лыковых.

Несмотря на то, что Песков четыре года подряд приезжал на лесную заимку и провел многие дни и часы в гостях у Лыковых, он так и не смог правильно идентифицировать их религиозную принадлежность. В своих очерках он ошибочно указал, что Лыковы принадлежат к странническому толку, хотя на самом деле они относились к часовенному согласию (толками и согласиями назывались группы старообрядческих общин, объединенных схожим вероучением — прим. редакции).

Тем не менее очерки Пескова, впоследствии ставшие книгой, открыли миру историю жизни семьи старообрядцев Лыковых. Публикации Пескова не только помогли узнать обществу о жизни одной старообрядческой семьи, но и разбудили интерес в целом к старообрядческой теме. После книги Пескова Академия Наук и другие исследовательские институты организовали ряд экспедиций в Сибирь и на Алтай. Итогом их стали многочисленные научные и публицистические работы, посвященные истории и культуре старообрядчества восточной части России.

О заимке Лыковых и других сибирских скитах, которые, как позже выяснилось, еще сохраняются в достаточном количестве в лесах Урала, Сибири и Алтая, был снят ряд фильмов, которые помогли создать положительный образ старообрядцев в СМИ. Безусловно, семья Лыковых и особенно Агафья Лыкова сегодня являются важным информационным феноменом. Феноменом, который сыграл и продолжает играть важнейшую роль в российском информационном пространстве.

Журналисты и съемочные группы продолжают посещать некогда тайное убежище Лыковых, а кадры, снятые там, распространяются на множестве телевизионных каналов. Поисковые системы рунета устойчиво показывают высокий интерес к личности Агафьи Лыковой, а количество запросов на её имя превышает рейтинги любого старообрядческого деятеля современности.

Фотографии Агафьи Лыковой

Интересно, что сопровождавший митрополита священноинок Евагрий сам являлся уроженцем этих мест и около 10 лет назад присоединился от часовенного согласия к Русской Православной старообрядческой Церкви. Владыка вручил Агафье медную икону свт. Николы чудотворца, отлитую по старинным образцам, факсимильные издания любимых в старообрядчестве книг «Григорьево видение» и «Страсти Христовы», а также немало одежды и прочих необходимых вещей.

Дожидаясь гостей, хозяйка лесного пристанища расстелила на полу дома цветные половики, напекла хлеб в русской печи, сварила компот из таежных ягод. Уже прощаясь, у вертолёта, Агафья вручила митрополиту веточку вербы и пригласила посетить заимку Лыковых в следующем году.

Узнав о присоединении Агафьи Лыковой к РПсЦ, безпоповские наставники пытались отговорить её и всячески стращали. На Еринат приехал даже известный часовенный наставник Зайцев, который убеждал её в ошибочности сделанного шага: «Ты зачем воцерковилась?! Ты вообще, что сделала? Ты кого у себя приняла?» В таком же тоне писала настоятельница монастыря Максимилла: «Ты зачем вообще там кого-то приняла, все, крышка, уезжай оттуда, приезжай к нам».

Тем не менее Агафья не только не поддалась на эти уговоры, но еще больше укрепилась в своей правоте. Таковы Лыковы — единожды приняв решение в зад ногами не идут. Рассказывая о спорах с беспоповцами, Агафья говорит:

Как добраться

На заимку Лыковых три пути.

До нее можно добраться на лодке по реке Большой Абакан. Чтобы воспользоваться этим путем, можно обратиться к инспекторам заповедника. С этим сопряжены две сложности: дороговизна (180 000 — 300 000 рублей) и требования к физической форме. Нужно, чтобы она была не хуже средней, так как некоторые участки дороги придется преодолевать пешком.

Также можно прилететь из Таштагола на вертолете. Это наиболее легкий способ добраться до заимки Лыковых. Также на вертолете можно привезти туда что-нибудь крупное и/или тяжелое. Однако здесь все упирается в наличие связей. А этим могут похвастаться немногие.

Наконец, можно прийти пешком с южного берега Телецкого озера. Это наиболее трудный и опасный способ добраться до заимки Лыковых. Кроме того, для того, чтобы им воспользоваться, требуется еще и иметь на руках разрешение на то, чтобы посетить два заповедника. А это далеко не всегда легко решаемая задача.

Проблемы со здоровьем

В последние годы Агафью Лыкову начали мучить сильные боли в ногах. В 2016 году ноги отказали, самолечение не помогло. Измученная болями отшельница попросила помощи по спутниковому телефону, подаренному ей спасателями. Когда прилетел вертолет, женщина была срочно госпитализирована в районную больницу Таштагола. С собой Агафья Лыкова взяла только иконы, воду и мешочек сухарей. Необычной пациентке выдели отдельную палату.

В больнице быстро поставили диагноз и сняли острую боль. Мучавший отшельницу долгое время поясничный остеохондроз отступил. Помимо этого, на правой груди женщины медики обнаружили доброкачественную опухоль, которая постепенно увеличивается в размерах. Возможно, в скором времени потребуется операция. В больнице Агафья Лыкова провела неделю. После выписки она была благополучно доставлена домой, на родную заимку.

О том, что знаменитая отшельница живет в тайге в одиночестве, знают все. Пожилой женщине неоднократно предлагали сменить место жительства. Ей предлагали квартиру, недвижимость, но женщина упорно отказывается прервать отшельничество.

Эпопея семьи Лыковых

Старообрядческая семья Лыковых поселилась в труднодоступном месте в саянской тайге, в верховьях Абакана, еще в 1937 году. В полной изоляции они прожили 40 лет, пока их заимку случайно не обнаружила геологическая экспедиция. Сейчас место, где жили Лыковы, находится на территории заповедника «Хакасский».

Семья старообрядцев в 1978 году состояла из пяти человек. Отец – Карп Иосифович Лыков, мать – Окулина (умерла в страшно голодный для семьи год – 1961), два сына: Саввин и Димитрий и две дочери – Наталья и Агафья. Встреча с людьми ничего хорошего семейству Лыковых не принесла. Через 3 года умерли, подхватив новые вирусы, братья и сестра Агафьи, а еще спустя 7 лет – и отец.

Агафья очень долго болела, но справилась с хворью и осталась жива. С тех пор (1988 год) Агафья Карповна стала в одиночестве жить на лыковской заимке. Родственники приглашали ее переехать к ним, но она категорически отказалась. Она с рождения живет в тайге и хочет остаться там до конца своих дней. А еще Агафья Лыкова верит, что если покинет родные места, то вскоре погибнет. Так сказал ей отец, которому она безгранично доверяла.

Родной дом Агафья покидала всего несколько раз: немного жила в женском старообрядческом монастыре; лечилась в больнице; навещала родственников.

Последние новости

В январе 2019 года отшельницу посетила известный фотограф Светлана Казина. После поездки на своей странице в Facebook Светлана разместила просьбу Агафьи. Знаменитая отшельница ищет себе компаньонку. Последние месяцы старушке помогал послушник Георгий, которого прислала старообрядческая церковь. Георгий серьезно заболел, и его увезли на вертолете в больницу. 74-летняя отшельница снова осталась одна.

Женщина держит небольшое хозяйство, с которым в силу пожилого возраста ей трудно справляться. Некоторое время с ней жили монастырские послушницы. Они ухаживали за козами, работали в огороде, помогали по хозяйству. Однако никто из них не задержался надолго. Слишком уж тяжелые для жизни условия в таежной хижине.

Она уверена, что по-настоящему правильная, духовная жизнь возможна только на таежных просторах.

Таежный тупик: жизнь вдалеке от людей

История семьи Лыковых тянется в XVII век, во времена раскола. Не признав нововведений царя Алексея Михайловича и патриарха Никона, предки Карпа Осиповича снялись с насиженных мест и двинулись на восток. Несколько раз их догоняла цивилизация, грозившая им троеперстием, табачищем, бритьем бород и прочими дьявольскими кознями. Всякий раз Лыковы уходили во всё более глухие места, но власть неизменно добиралась и дотуда… В конце 1920-х в таежном староверском урочище на Абакане явились представители Советской власти. Молодому Карпу Лыкову они не понравились, и он с женой Акулиной и маленьким сыном Савином подался вверх по Абакану. Восемь недель супруги на бечеве тянули лодку вверх по реке. На подходящей поляне они и поселились. Срубили избенку, расчистили место под огород, начали жить. Ловили рыбу, ставили силки на мелкую дичь. Ружья у Лыковых не было, поэтому охотиться они не могли. Выручал огород, особенно картошка. Вообще-то староверы этот чужеземный овощ не жаловали, но Лыковых спас именно он: на репе с горохом они бы не протянули. Помимо этого сажали лук, немножко ржи и конопли, стебли которой использовались для хозяйственных нужд. Активно выручала береста. Из неё изготовлялась посуда и много чего ещё. Для освещения жгли лучину.

Потихоньку семья росла. В 1936 году родилась Наталья, в 1942 — Дмитрий, в 1944 — Агафья. Акулина учила детей грамоте и воспитывала их в христианских благочестии и строгости. Впрочем, гораздо более строгой к Лыковым была окружающая природа. Об обиталище отшельников знали другие староверы. К ним несколько раз заходили и оставались ночевать геологи. Выражение «Лыковская Заимка» даже попало в словарь хакасских географических терминов. От редких гостей староверы узнали о том, что в стране идет война. Но это событие казалось бесконечно далеким от абаканской тайги.

В 1945 году до заимки добрался отряд солдат, искавший в лесах дезертиров. Отшельники, показавшиеся красноармейцам почти дикими, интереса для военкомата явно не представляли, но хозяева сочли количество гостей чрезмерным. Как только солдаты ушли, Лыковы затеяли переезд в уже полную глушь. Они вырыли всю картошку, и в несколько приемов перенесли урожай и весь свой нехитрый скарб далеко в горы. После этого на протяжении более чем тридцати лет они не видели ни одного постороннего…


Избушка Лыковых. (helionews.ru)

Дети росли… Жизнь не баловала отшельников яркими событиями. Собирая ягоды, грибы и кедровые орехи, они редко отходили от своей хижины больше чем на несколько километров. Как-то раз Савин умудрился копьем ранить марала, и гнался за ним двое суток. Охотник вернулся домой, и вся семья отправилась за добычей. Этот поход стал самым дальним путешествием для староверов. Поесть мяса для них являлось нечастым удовольствием. Лыковы рыли на звериных тропах ямы с кольями, но звери попадались очень редко, лишь пару раз в год. Лосиных и маральих шкур не хватало даже на обувь. Поэтому отшельники летом ходили босыми, а зимой — в лаптях. Одежду Акулина с дочерьми пряли, ткали и шили сами.

1961 год выдался страшным. Июньские холода со снегом уничтожили все посевы. В тайге в тот год не уродились ягоды. Запасов у Лыковых почти не было. Они отложили туесок семян, а всё остальное съели. Варили шкуры, ели кору и березовые почки. От голода умерла мать. Ещё бы один неурожайный год — и избушка в тайге полностью опустела бы. Но 1962-й оказался теплым. Огород снова зазеленел. Среди семян гороха случайно попалось ржаное зернышко. Для единственного колоска сделали загородку от бурундуков и мышей. Урожай составил 18 зерен. Только через три года ржи хватило на несколько горшков каши.


Агафья и Дмитрий Лыковы. (dailygeekshow.com)

Даже посреди тайги отшельники замечали деятельность человека. В конце 1950-х Лыковы увидели на небе двигавшиеся звезды. Про искусственные спутники они ничего не знали, но Карп предположил, что они наблюдают нечто рукотворное. Сыновья ему, правда, не поверили. Через десять лет с Байконура начали запускать ракеты «Протон», выводившие на орбиту спутники. Ракеты пролетали над убежищем Лыковых через 8 минут после старта, и отработанные вторые ступени падали в глухую тайгу. Однажды Лыковы увидели три огненных шара, за которыми тянулся хвост пламени. Куски раскаленного металла начали падать где-то в тайге, издавая громкие шлепки. Перепуганные староверы долго молились.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector